Писатель-фантаст, как никто другой, понимает, что придумать вообще ничего нельзя. Если разложить самые-самые необузданные фантазии на элементарные частицы, из которых эти фантазии состоят, то окажется, что любая фантазия – это необычная, иногда очень сложная комбинация реальных жизненных впечатлений.
Нельзя придумать то, чего ты не знаешь в принципе, о чем не имеешь и никогда не имел никакого представления. Разберите, например, что представляют собой в этом отношении ад и рай? Здесь все сводится к понятным земным представлениям: горячая сковородка или прекрасные девы-гурии в саду. Или возьмите истории о встречах с летающими тарелочками. Они поражают своим однообразием. Едва только речь доходит до содержательной части (то есть контакт состоялся – что дальше?), фантазия рассказчика отказывает и все сводится к банальностям.
Задача писателя, получается, – раздробить свой опыт на столь мелкие песчинки, чтобы их трудно было разглядеть в общей картине. Чтобы не видно было, из чего это сделано. Не видно было швов.